«Остановить и реформировать ГУЛАГовскую машину можно только сообща, усилиями всего гражданского общества»

Одним из первых комментариев на опубликованное на нашем сайте интервью девушек, бывших заключенных ИК-2 Мордовии (ссылка) было письмо от Дмитрия Тушенцева. Дмитрий очень точно обозначил все «язвы» современной российской пенитенциарной системы.

«Здравствуйте, уважаемая «РС». Пишу Вам после просмотра интервью с девочками, освободившимися из ИК-2 по Мордовской республике. Думаю, что имею право на собственную оценку, так как до 2013 г. более 15 лет отработал на различных должностях ФСИН, в том числе более 5 лет в должности начальника отряда одной из мужских колоний Свердловской области. Уволился из УИС, в том числе, в связи с  нежеланием участвовать в поборах, унижении и фальсификациях в отношении осужденных, систематически навязываемых руководством колоний.

Ни минуты не сомневался в правдивости слов бедных девочек, подвергнутых унижениям и издевательствам по проверенным десятилетиями «методикам» ГУЛАГа, так как неоднократно лично сталкивался, если не с прямыми фактами садизма в отношении осужденных (с этим в наших краях относительно благополучно), то с их многочисленными рассказами о прохождении множества «этапов», «пыточных» зон, камер, методах работы оперативных подразделений ФСИН, «способах» ухода по УДО и прочих мерзостях. И если в отношении осужденных-мужчин излишнюю  жестокость еще можно как-то оправдать (закоренелые преступники зачастую намеренно провоцируют сотрудников), то в отношении женщин, учитывая их психотип и социальную роль, подобное обращение должно вызывать омерзение и протест у каждого культурного человека.

Вообще последние 3-4 года после прихода А.Реймера ФСИН стремительно деградировала в сторону, казалось бы, уже давно забытого ГУЛАГа, после «гуманизации» начала 2000-х, во многом хотя бы на словах заявляющей цели облегчения незавидной участи миллионов осужденных и их родственников, а также попытки действительной социализации и декриминализации личности, а не только подавления воли и человеческого достоинства осужденных для лучшего управления ими.

Руководство колоний прямо заявляет сотрудникам, что «Москва требует, чтобы было «тихо», а остальное ваше дело». Этими «руководами» подобные декларации понимаются по своему, как своеобразный карт-бланш на действия, зачастую прямо противоречащие не только морали, но и Уголовному кодексу. Учитывая непрекращающееся последние 5 лет вымывание кадрового ядра сотрудников из-за бездумных и провокационных действий руководства ФСИН, из системы ушло огромное количество умных, ответственных, умеющих работать людей, замещенных карьеристами, подхалимами, недоучками, управлять которыми, в сложившейся ситуации, конечно, значительно проще. Поэтому единственное, в чем не могу согласиться с девушками, это то, что среди сотрудников нет порядочных людей. Они еще остаются, но их количество стремится к нулю зачастую из-за прямого выдавливания «неудобных» сотрудников, не желающих превращаться в бессловесных марионеток, а часто и в должностных преступников, управлять которыми уж совсем просто.

Во многих учреждениях сложилась (умышленно культивируется) система круговой поруки, когда «своих не сдают», но чтобы стать «своим» сотрудник должен быть а). полностью лояльным руководству б). быть замешанным в каких-либо неприглядных проступках-преступлениях (компромат) в). быть способным на самые неблаговидные поступки по указанию начальства. Причем эта порука простирается далеко за пределы непосредственно исправительного учреждения (особенно в малых городах и поселениях). В нее замешаны зачастую также вышестоящее руководство, органы прокуратуры, суда, полиции, местные органы власти и т.д.

Многие правозащитники недоумевают: почему жестоко унижаемые и избиваемые осужденные не спешат обжаловать незаконные действия администрации. Здесь можно выделить несколько моментов. Во-первых, находясь в МЛС, осужденные боятся жаловаться, справедливо опасаясь мести администрации, являющейся полновластным повелителем их тел и душ. Во-вторых, полное неверие в помощь т.н. контролирующих органов не позволяет надеяться на какую-либо помощь извне. Та же прокуратура просто звонит начальнику учреждения с просьбой разобраться с претензиями осужденных, либо шлет просто отписки (не обнаружено, не подтвердилось). Так как здесь просто прокурору нужно работать, «ссориться» с начальниками учреждений (с которыми вместе моются в бане), тогда как гораздо проще «делить на троих» (руководство ИУ, прокуратура, суд) деньги за УДО. В-третьих, после освобождения 99% осужденных старается не вспоминать об ужасах, сопровождавших их во время отбывания наказания и не рассказывает об этом даже самым близким людям, чтобы лишний раз не будить негативные воспоминания (этот синдром хорошо описан психологами). В-четвертых, даже после освобождения, часть осужденных справедливо опасается за свою безопасность, учитывая исключительно коррумпированный репрессивный государственный аппарат (оперативные сотрудники ФСИН и полиции особенно небольших городов зачастую большие друзья). Так что девочки конечно большие молодцы, что не побоялись рассказать правду об изнанке ГУЛАГа, однако на месте «РС» я бы отслеживал их дальнейшую судьбу, т.к. система УИС (и государства в целом) исключительно мстительна к тем, кто посягает на публичное обсуждение ее пороков.

Отдельного внимания заслуживает тема положения сотрудников (среднего и младшего звена) учреждений. В каждом учреждении сотрудники могут рассказать о привлечении их не только к «уборке капусты», но и к заготовке дров, разборке сооружений, уборке территории и т.д., причем не только в рабочее время, но и в свои выходные, что не только озлобляет сотрудников по отношению к осужденным, но и самым негативным образом сказывается на исполнении ими прямых обязанностей, на которые, зачастую, просто не остается времени. К тому же по прихоти начальника любого сотрудника можно оставить после рабочего дня, вызвать в выходной (разумеется совершенно бесплатно) для выполнения каких-либо мероприятий (чаше всего режимных). Недовольные, открыто высказывающие свое отношение могут сразу писать рапорт на увольнение, т.к. работать им скорее всего не дадут (могут даже сфабриковать уголовное дело). После этого сотрудники, в отношении которых систематически нарушаются законы, не могут требовать соблюдения законов от осужденных, не могут показывать на личном примере модель законопослушного поведения, не могут служить для осужденных моральными авторитетами.

Немного увлекся, поэтому благодарю «РС» за, несомненно, исключительно благородную, нужную и ответственную работу по помощи осужденным и их близким, столкнувшимися с бесчеловечной ГУЛАГовской машиной, остановить и реформировать по настоящему которую мы можем только сообща, усилиями всего гражданского общества. Посоветую Вам только больше обращать внимание на крайне зависимое положение сотрудников, зачатую вынужденных выполнять незаконные «капризы» начальников, так как это является одним из краеугольных камней существования той людоедской, прогнившей, исключительно коррумпированной системы, которая все больше, как раковая опухоль разъедает наше общество и которая выгодна некоторым силам, узурпировавшим власть в России. В свою очередь обещаю любую посильную помощь (в том числе финансовую) в Вашем нелегком и часто неблагодарном деле. С уважением.»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *